АВГУСТОВСКИЕ БОИ 42-го (часть V)

Уважаемый читатель! Мы расскажем более подробно о мужестве и героизме советских танкистов 5-го танкового батальона в те жаркие августовские дни и по возможности вспомним их поимённо. Данный батальон был сформирован из танкового резерва Западного фронта во второй половине июня 42-го года и был придан 5-ой армии, местом дислокации стала роща западнее Можайска. Командиром был назначен капитан Иван Николаевич Макаров (пропал без вести в августе 1942 года).

Автобронетанковое управление Красной Армии подсчитало потери в технике. Из имевшихся изначально 164 танков в 18-й, 80-й, 248-й бригадах и 520-м батальоне на 20. 08. 1942 года оставалось в строю всего 58 танков. В 5-м танковом батальоне из 36 имевшихся после боя за деревню Горки оставалось на ходу 29 машин. 57 танков требовало ремонта различного уровня сложности. Утеряно безвозвратно – 62 танка. Все танковые части, за исключением 5-го батальона, были выведены в ближайший тыл для восстановления и приведения в порядок своих подразделений.
С 21 августа на всех участках войска 33-й армии временно перешли к обороне с целью приведения себя в порядок, перегруппировки и возобновления наступления с утра 24 августа. Однако, в эти дни контратаки противника не ослабевали и их необходимо было отражать. Особенно интенсивными они были на центральном участке, где 5-й гвардейской дивизии пришлось оставить деревню Уполозы, и на участке 125 ОСБр с 5-м танковым батальоном, где противник во что бы то не стало хотел вернуть в свои руки Горки.
По замыслу командования штаба Западного фронта, с 24 августа наступление должно было быть возобновлено при участии всех резервов – двух оставшихся полков 30-й гвардейской дивизии и вновь прибывшей 17-й в полном составе.

17 августа 1942 года 5-й танковый батальон, а также 36-я стрелковая бригада, как мы уже говорили ранее, были переданы из состава 5-ой армии в распоряжение 33-й. С 21 часа находились на марше в новый район сосредоточения, который завершили 18 августа. Перечень оснащения подразделения указан выше. Основной задачей перед танкистами стояла поддержка 125 стрелковой бригады, которая с 17 августа вела безуспешные бои за деревни Горки и Назарьево.
19 августа батальон понёс первые боевые потери в составе 33-й армии – осколками мины был ранен и госпитализирован заместитель командира роты лёгких танков старший лейтенант Соломатов.
В районе населённого пункта Горки бойцам 125 отдельной стрелковой бригады противостоял 1-й батальон 508-го пехотного полка 292-й пехотной дивизии Вермахта. В соседнем селе Назарьево оборонялся 3-й батальон 507-го батальона той же дивизии, подразделения которой за время боёв, начиная с 13 августа, понесли большие потери. В некоторых ротах к 19 августа оставалось менее 25-ти активных штыков. Для того, чтобы отбить населённый пункт Назарьево, занятый советскими войсками накануне, 19 августа противник ввёл в бой свежий батальон 4687-го пехотного полка 268-й пехотной дивизии, 3-ю роту 18 танкового батальона(18 ТД) и создал на этом направлении мощную артиллерийскую группу под командованием полковника Карге, которая насчитывала 3 артиллерийских дивизиона. Так же для удержания Горок штабом фашистских войск была введена в бой маршевая рота 479-го запасного полевого батальона 258 полевой дивизии, которая была скомплектована в Германии из числа выздоравливающих. Численность роты составляла 200 человек и имела на вооружении в основном винтовки, 12 ручных пулемётов и 25 автоматов.
Совместная атака танкистов 5-го ОТБ и пехоты 125-й ОСБр началась ближе к полудню 20 августа. Впоследствии, фашисты рассказывали, что они были атакованы 20-ю танками. Но сильным заградительным огнём немецкой артиллерии наша пехота была отсечена от танков, при этом 2 танка были выведены из строя. Однако, 10 советских танков ворвались в деревню Горки и, пользуясь тем, что у фашистов уже не осталось бронебойных снарядов, стали теснить вражескую пехоту.
Ранее мы рассказывали о том, что из-за шквального огня противника наши пехотинцы вынуждены были залечь, и атака могла захлебнуться. Тогда, воодушевляя примером мужества и героизма, комсорг 5-го ОТБ младший политрук Василий Ищук и старший оперуполномоченный особого отдела этого батальона, младший лейтенант Павел Костин подняли бойцов в атаку, и во главе с ними пехота 125-й ОСБр вслед за танками, ворвалась в Горки и закрепила успех танкистов, заняв населённый пункт. В том бою В.Ищук лично уничтожил 3-х фашистов. Согласно докладным запискам советского командования деревня Горки была освобождена 20 августа к 23 часам.
О потерях среди противника мы рассказали выше. Собственные потери 5-го танкового батальона в том бою составили 3 танка — 2 танка (1 «Valentine» и 1 «Т-60») сгоревшими и 1 танк «Т-60» — подорвавшимся на минах. В именном списке потерь 5-го ОТБ за 20 августа числится всего 1 убитый (командир танка «Т-60» младший сержант Виктор Кудриков), так же были ранены и отправлены в медсанбаты старший адъютант 5-го ОТБ старший лейтенант Владимир Дюпин и механик-водитель танка «Т-60», старший сержант Семён Бутенин (на фото).

Из числа других экипажей танков «Т-60» в бою за Горки 20 августа наиболее отличился лишь экипаж командира 3-й роты капитана Ивана Фёдорова, который уничтожил до 9-ти огневых точек и до 50-ти пехотинцев.
Гораздо более успешными оказались экипажи танков «Matilda» и «Valentine» из состава 1-й и 2-й танковых рот. Экипаж командира 1-й роты лейтенанта Леонида Соловьёва уничтожил 4 ДЗОТа, 6 блиндажей, до 100 фашистов, а также сжёг укреплённый противником дом, откуда вёлся интенсивный огонь по нашим войскам.
Экипаж танка «Valentine» взводного лейтенанта Михаила Рожнова подавил 2 ДЗОТа, 7 блиндажей, 3 орудия ПТО, а когда фашисты, не выдержав, стали покидать охваченные огнём дома и блиндажи, пулемётным огнём уничтожил до 40 фрицев.
Ещё 2 ДЗОТа, 4 блиндажа и до 20 немцев уничтожил экипаж танка младшего лейтенанта Левона Каграманяна (2 рота).
Согласно наградным листам на механика-водителя, зам. политрука Ивана Макаревского и командира башни старшину Тихона Кассилова, той же роты, указано, что уничтожено 7 ДЗОТов, 14 блиндажей с пехотой и свыше 100 гитлеровцев, а также под огнём противника они вытащили на буксире из трясины застрявший там средний танк. 25 августа Иван Макаревский, от полученных ран в ходе этих 4-х дневных боёв, умер в медсанбате 113 стрелковой дивизии.
В бою за деревню Горки 20 августа отличился экипаж танка , где командиром башни был сержант Николай Зимовченко (2 рота), который уничтожил 2 ДЗОТа с «прислугой» и до 30-ти немцев, при этом вытащил на буксире застрявший рядом с ним танк. Сам Зимовченко при этом был ранен.
Бои за деревню Горки не смолкали ни на минуту. Фашисты несколько раз предпринимали попытки отбить данный населённый пункт. Вместо потрёпанных в боях подразделений, противник вводил свежие силы.
По нашим данным, утром 23 августа, в 7.00 и в 8.00 противник силою до 2-х рот пехоты дважды атаковал населённый пункт, но успеха не имел. По всей видимости, тогда же танки 5-го отдельного танкового батальона в последний раз участвовали в боях за деревню. За четыре дня обороны экипажами танков 1-й и 2-й танковых рот были подбиты 3 средних немецких танка.
В тот же день, 23 августа, согласно боевому приказу штаба 33-й армии ( согласно боевому приказу штаба 33-й армии (№ 0190 от 21 августа) 125 стрелковая дивизия на данном участке была сменена соседней 113-й стрелковой дивизией и переброшена на новое направление в район наступления 50-й стрелковой дивизии. А 5-й танковый батальон согласно тому же приказу должен был с утра 24 августа поддерживать наступление 112-й стрелковой дивизии на деревню Митино, 3 км западнее деревни Бекрино, обеспечивая левый фланг ударной группировки 33-й армии. Главные силы ударной группировки армии (5-я Гвардейская и 17-я стрелковые дивизии, 80-я и 248 танковые бригады) должны были с утра, 24 августа, прорвать оборону противника на северном берегу реки Воря на участке Заречье – Отрадное – Уполозы и далее наступать вдоль западного берега реки в северном направлении, навстречу наносившей удар с северо-востока, из-за Вори, 50-й стрелковой дивизии.
Но по всей видимости штаб армии 22 августа изменил своё решение, и 5-й танковый батальон переподчинил 30-й Гвардейской стрелковой дивизии. 24 августа батальон сосредоточился в расположении этой дивизии в лесу в 1 км южнее деревни Силинки. На тот момент он насчитывал 24 исправных танка из 36.
На горящем танке
Сгоревший танк «Т-60» (на фото) по всей видимости, принадлежал младшему сержанту Виктору Кудрикову. В атаке на деревню Горки экипаж уничтожил 2 станковых пулемёта с расчётами, однако, огнём противотанковых ружей танк был подожжён, а сам командир боевой машины был смертельно ранен. Впереди виднелся сарай. Бутенин туда направил свой танк. Укрывшись за строением, он вытащил из него своего командира и положил на землю. Сомнений не было — Виктор был мёртв. Лютой ненавистью наполнилось сердце танкиста. Снова заняв своё место в подбитой машине, из которой нельзя было вести огонь, Семён поспешил к деревне, занятой врагом. Где-то справа, слева, сзади от него вели бой наши танкисты, но механик не мог наблюдать за ними. Через узкую смотровую щель он видел перед собой только качающуюся землю. Намётанный глаз Бутенина увидел всё, что нужно было ему видеть.
Вот чуть левее машины – немецкий станковый пулемёт. Водитель круто поворачивает. Один пулемётчик с ужасом в глазах вскакивает и тут же попадает под гусеницы, второй даже не успевает вскочить. Впереди ещё один пулемёт. Танкист делает вид, что не заметил его, а поравнявшись, делает крутой поворот и… давит огневую точку вместе с расчётом. Не обращая внимания на разрывы снарядов, грохот осколков о броню, бушующее вокруг пламя, танк сержанта стремительно двигался вперёд. И вот он уже в глубине села. Орудийный огонь несколько ослабел, видимо фашисты боялись поразить своих. Семён Бутенин продолжил «прогулку» по блиндажам противника. Сквозь шум мотора до механика-водителя доносился треск сокрушаемых перекрытий, вопли немецких солдат.
Заметив стоящее у кустов противотанковое орудие, Семён направил свою машину к ней, при этом, петляя, чтобы увернуться от снарядов. Лязг металла и… с пушкой вместе с обслугой было покончено. Не успев отъехать буквально несколько метров, машина вздрогнула от удара, вражеский снаряд пробил броню. Едкий дым заполнил всю внутреннюю часть танка, был пробит маслопровод, двигатель заглох. Шинелью, плащ-палаткой танкист пытался сбить огонь. В тот момент гитлеровцы облепили танк и, стуча по броне прикладами автоматов, предлагали сдаться в плен. Открыв люк, сержант бросил гранату, раздался взрыв. На несколько секунд всё стихло. Затем с новой силой повторилась попытка взять в плен советского танкиста. Бросив ещё несколько гранат, напряг все силы, удалось запустить двигатель, и машина двинулась вперёд. Но радость была недолгой. От следующего прямого попадания снаряда, был повреждён бак с горючим. Пришлось остановить машину. Не успел Бутенин покинуть танк, как над головой засвистели пули, заметив, откуда бьёт пулемёт, швырнул туда гранату. Ещё на одного фашиста стало меньше.
Огляделся. Впереди, на бугре, цепь немецких автоматчиков поднималась в контратаку. Танк горел. Стрелять было не из чего. Семён Иванович мог бы укрыться и ждать прихода наших, либо, бросив танк, продвигаться к своим. Но он принял, как ему казалось, единственное верное решение.
Как потом вспоминали очевидцы, это выглядело так. Объятый пламенем танк вдруг зашевелился, а потом, оставляя за собой клубы дыма, двинулся на немецких автоматчиков. Пылающая машина вызвала у гитлеровцев страх и панику. Снова прошёлся по блиндажам, в том числе, как выяснилось позднее, разворотил и штабной, в котором находилось восемь офицеров. Но тут танк осел, самостоятельно выбраться из разрушенного блиндажа не мог. В любую минуту мог произойти взрыв. Выбравшись наружу, дважды раненый, ползком он смог добраться до своих.
Известие о присвоении ему звания Героя Советского Союза гвардии старшего сержанта Семёна Ивановича Бутенина застало в госпитале.
После лечения и переподготовки вернулся на фронт летом 1943 года и воевал до самой победы над Германией. В декабре 1943 года был ещё раз ранен. Принимал активное участие в освобождении Белоруссии и был награждён орденом Красной Звезды. Весной 1945 года командовал танком «Черчилль» 139 танкового полка 63-й механизированной бригады. За эвакуацию раненого командира полка с поля боя у польской деревни Островитте 3 марта был награждён медалью «За отвагу». В том же году Семён Иванович награждён орденом Отечественной войны II ст. за отличие в боях на левом берегу Одера на подступах к Берлину.
После демобилизации жил и работал в Рязани.
Очень жаль, что подвиг советских танкистов в августе 42 года никак не увековечен — нет даже Памятной Доски у въезда в деревню, ни одна улица не названа именами героев. Ныне живущие должны знать о том, как наши деды и прадеды сражались за каждый клочок родной земли.
Примечание: внимательный читатель, наверное, заметил, что в Наградном листе указан танк «Т-26», но на вооружении в 5-м отдельном танковом батальоне на вооружении таких танков не было. Танки «Т-26» имелись в других подразделениях принимавших участие в боях за деревню Горки (https://dzen.ru/a/X).
Г. Васильева